cotilina (cotilina) wrote,
cotilina
cotilina

Category:

Книжная полка. Томас Стернс Элиот-4

dew

T.S. Eliot

OLD POSSUM'S BOOK OF PRACTICAL CATS

Old Deuteronomy

Old Deuteronomy's lived a long time;

He's a Cat who has lived many lives in succession.

He was famous in proverd and famous in rhyme

A long while before Queen Victoria's accession.

Old Deuteronomy's buried nine wives

And more - I am tempted to say, ninety-nine;

And his numerous progeny prospers and thrives

And the village is proud of him in his decline.

At the sight of that placid and bland physiognomy,

When he sits in the sun on the vicarage wall,

The Oldest Inhabitant croaks: "Well, of all...

Things... Can it be... really!.. No!.. Yes!..

Ho! hi!

Oh, my eye!

My sight may be failing, but yet I confess

I believe it is Old Deuteronomy!"

Old Deuteronomy sits in the street,

He sits in the High Street on market day;

The bullocks may bellow, the sheep they may bleat,

But the dogs and the herdsmen will turn them away.

The cars and the lorries run over the kerb,

And the villagers put up a notice: ROAD CLOSED -

So that nothing untoward may chance to disturb

Deuteronomy's rest when he feels so disposed

Or when he's engaged in domestic economy:

And the Oldest Inhabitant croaks: "Well, of all... "

Things... Can it be... really!.. No!.. Yes!..

Но! hi!

Oh, my eye!

I'm deaf of an ear now, but yet I can guess

That the cause of the trouble is Old Deuteronomy!"

Old Deuteronomy lies on the floor

Of the Fox and French Horn for his afternoon sleep;

And when the men say: "There's just time for one more",

Then the landlady from her back parlour will peep

And say: "Now then, out you go, by the back door,

For Old Deuteronomy mustn't be woken -

I'll have the police if there's any uproar" -

And out they all shuffle, without a word spoken.

The digestive repose of that feline's gastronomy

Must never be broken, whatever befall:

And the Oldest Inhabitant croaks: "Well, of all...

Things... Can it be... really!.. Yes!.. No!..

Ho! hi!

Oh, my eye!

My legs may be lottery, I must go slow

And be careful of Old Deuteronomy!"

Второзаконие

(Перевод Андрея Сергеева)

Кот по прозванию Второзаконие

Стал достояньем молвы и истории,

Много задолго до церемонии

Вступленья на трон королевы Виктории.

Прожил он девять жизней подряд

И пережил девятью девять жен,

И нажил премного пра-пра-правнучат,

И жив, и на солнышке греется он.

Завидев его, Старичок-Старожил

Глядит изумленно, еще изумленнее

Бормочет: "Позвольте... Но, право, нет сил

Поверить... Но это же вижу я сам...

О Боже!

Похоже...

А может быть, все же поверить глазам...

Ведь право же, это же Второзаконие!"

Второзаконие располагается

Среди мостовой на дороге к базару;

Сначала машины ему удивляются,

Потом направляются по тротуару.

Бычки помычат, а овечки поблеют,

Но гуртовщики их погонят в обход:

Второзаконие косточки греет -

Кто потревожить такого дерзнет?

Разве какие-нибудь посторонние...

И снова твердит Старичок-Старожил:

"Позвольте... но как же... ведь, право, нет сил

Поверить... я, верно, рассудка лишаюсь...

Похоже...

О Боже!

А может быть, все же я не заблуждаюсь,

И весь этот шум из-за Второзакония!"

Второзаконие после обеда

Дремлет в таверне "Лиса и кувшин".

Если в углу разгорится беседа,

Или же кто из подпивших мужчин

Заявит: "Пора бы еще по одной!" -

То тут же владелица багроволицая

Привстанет и скажет: "Ступайте домой,

Не то я сейчас же пошлю за полицией!"

Что возражать? Нет резона резоннее,

И люди уходят, а наш Старожил

Бормочет себе: "Ну, поди ты, нет сил...

О Боже!.. и ноги дрожат, как нарочно...

А все же...

Похоже,

Что я еще в силах пройти осторожно

И не наткнуться на Второзаконие!"

Старый Мафусаил

(Перевод Василия Бетаки)

Мафусаил - почтеннейший кот.

Он жизнь за жизнью живет и живет.

В стихах и романах прославлен он

Еще до викторианских времен.

Этот самый Мафусаил

Девять жен, говорят, схоронил

(Я-то думаю - девяносто...)

Притом

Его многочисленное потомство процветает по мере сил,

И деревня гордиться своим КОТОМ -

Вот какой он, Мафусаил!

Мафусаил сидит на стене

Дома священника, и в полусне

На солнышко щурится, вкрадчивый, древний...

А самый старый старик в деревне

Бурчит про себя "Хм... да... он был...

Пожалуй, что я бы сказал...

Конечно, может, мои глаза...

Да нет, это все-таки Мафусаил..."

Мафусаил сидит посреди

Главной улицы в базарный день.

Пускай быки мычат впереди,

Собакам и пастухам не лень

Переулками гнать овец и быков,

Кто-то вешает знак "ПРОЕЗД ВОСПРЕЩЕН",

Десятки машин и грузовиков

К обочинам жмутся: ведь это - он!

Мафусаил!

Пусть себе отдыхает,

Или посиживая, размышляет

О мировых проблемах деревни...

А тот старик, что самый древний,

Бурчит про себя:"Хмм, да... он был...

Но неужели? Я ж говорил!

Конечно, на ухо я туговат,

Но слышу - улицу запрудило

Из-за старого Мафусаила!"

Мафусаил лежит на полу

В "Золотом Зайце" после полудня и спит.

А если кто-то предложит еще по стопке,

Хозяйка высунется из-за стойки:

- Прошу через черный ход выходить:

Мафусаила нельзя будить,

А будете шуметь - позову полисмена!

И все выскальзывают непременно:

После обеда, чтоб не случилось,

Нельзя беспокоить Муфасаила -

К этому все привыкли в деревне!

Бурчит про себя: "Хм, да... он был...

Конечно, ноги слегка скрутило,

Да и шаги не так верны,

Но придется тихонечко, вдоль стены,

Чтоб не тревожить Мафусаила!"

Кот Второзаконие

(Перевод С. Г. Дубовицкой)

Второзаконие отжил свой век,

А затем век за веком — котовья история.

Много раньше восславил его человек,

Чем взошла на престол королева Виктория.

И девять жен старый кот схоронил,

А то —вот соблазн! —сказать девятью девять.

И счастливым отцом многократно он был,

И в закатные дни им так гордится деревня.

Грея кости, с блаженною физиономией

Со стены при часовне глядит с высоты.

И прошамкает житель старейший: "Ах ты!..

Бог мой!.. Чудится!.. Право же!.. Да!.. Нет!..

Да ну!

Дай взгляну!

Я, может, и спутал, но верится мне:

Старый друг это —Второзаконие"

Второзаконие любит сидеть

На улице главной во дни торгов.

Овца может блеять, а вол — реветь,

Но пастухи и собаки их гонят кругом.

По обочине фуры идут и авто,

Знак сельчане поставят: ПРОЕЗД ЗАПРЕЩЕН,

Чтоб кота не могло потревожить ничто

В час, когда отдохнуть вознамерился он

Иль продумать домашний режим экономии.

И прошамкает житель старейший:"Ах ты!..

Бог мой!.. Чудится!.. Право же!.. Да!.. Нет!..

Да ну!

Дай взгляну!

Глаза-то не видят, но кажется мне,

Что сыр-бор из-за старого Второзакония!"

Второзаконие может вздремнуть

Днем в трактире "Французский рожок и лисица".

И лишь скажут мужчины: "Давай по чуть-чуть!"

Тут и выйдет хозяйка и к ним обратится:

"Черным ходом ступайте-ка, мол, ради Бога,

Ведь нельзя же —ни-ни! —разбудить старика-то,

Да потише —полицию вызвать недолго!"

И как милые прочь поплетутся ребята —

Ибо пищеварительную гармонию

Надо чтить у котов, как святая святых.

И прошамкает житель старейший: "Ах, ты!..

Бог мой!.. Чудится!.. Право же!.. Да!.. Нет!..

Да ну!

Дай взгляну!

Раз ноги не держат —замедлю шаги,

Да с оглядкой на Второзаконие!"

Tags: t.s. eliot, Книжная полка, котология и котография, кошки, стихи, юмор
Subscribe

  • С Первым мурррта! (^^)

    День Кота! И юморительный Россини!

  • Котопятница

    Дядя Алик предлагает:-)

  • Котопятница

    Таки кот и повар Повар: Боже ж мой! Картина салом… Только вышел на минутку И оставил без присмотру наш семейный рэсторан, Как уже…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments