cotilina (cotilina) wrote,
cotilina
cotilina

Categories:

Книжная полка. Иштван Барна-7

Иштван Барна «Если бы Гендель вел дневник...»
Перевод с венгерского Виктора Тогобицкого


<...> Между тем судьба шотландских мятежников предрешена: 16 апреля близ Калодена английские войска под предводительством герцога Камберлэндского нанесли тяжелое поражение армии претендента на престол. В результате этой битвы шотландское восстание терпит крушение.

Гендель использует благоприятный момент: он пишет ораторию об истории Иуды Маккавея. Славная война иудеев против римлян напоминала воодушевленному после калоденского сражения английскому народу о его силе, его победе. Новую ораторию Гендель начал сочинять 8 или 9 июля 1746 года и закончил 11 августа. Либретто было написано преподобным Томасом Мореллом, который в одном из писем, относящихся к 1764 году, оставил интересные воспоминания об истории создания оратории. "Было время, говорит м-р Аддисон, когда господствовала максима, что положить на музыку можно только бессмысленные вещи. Хотя это мнение появилось перед вхождением в моду ораторий, все же в определенной мере оно служит оправданием писателям - авторам ораторий (если их вообще можно назвать писателями); особенно если мы примем во внимание те пожелания, которым они должны подчиняться, когда композитор высокомерен и не владеет в совершенстве английским языком. Я хоть и большой поклонник музыки, но никогда бы не впутался в такое дело (от которого, по вышеизложенным причинам, все равно нельзя ждать большой славы), если бы господин Гендель в 1746 году, когда я находился в Кью, не обратился ко мне с подобной просьбой и если бы ее не подкрепил оказывающим честь предложением принц [Уэльский] Фредерик: После этого я подумал, что смогу справиться с этой задачей не хуже, чем мои предшественники, и два-три дня спустя отнес Генделю первый акт "Иуды Маккавея", которым он остался доволен. "Ну, - сказал он, - и как это будет продолжаться?" - "Нам нужно представить битву, в которой победу одержат израильтяне, и с таким хором, который нужно начать словами "Враг пал" ("Fallen is the Fol") или чем-либо подобным". - "Нет, будет это", - и он начал играть на клавесине, так, как этот хор живет и сейчас. "Ну, теперь дальше!" - "Завтра я принесу Вам что-нибудь". - "Нет, сразу же, сейчас!" - "So fall thy Foes, O Lord" ["Пусть так погибнут твои враги, Господь"]. - "Это будет так", - и сразу же играл дальше, так, как мы знаем эту музыку и сегодня в этом достойном восхищения хоре.



Несравненно прекрасная ария, начинающаяся словами "Wise men flatt'ring may deceive us" ["Мудрые мужи, лесть обманывает нас"] - последняя в оратории, как и хор "Sion now her head shall raise" ["Сион сейчас может поднять голову"], - предназначалась для "Валтасара", но никогда не исполнялась, и поэтому Гендель мог перенести ее в "Иуду Маккавея".

Р. S. Идея написать "Иуду Маккавея" возникла в связи с победным возвращением герцога Камберлэндского из Шотландии. Я поместил в текст много указывающих на это ссылок, но затем мы подумали, что вместе с ними произведение будет слишком длинным, поэтому мы их выпустили. От герцога, через посредство м-ра Пойнтца, я получил красивый подарок. Эта оратория имела очень большой успех, и я часто желал - вначале просто в шутку, - чтобы мой бенефис Гендель назначил не на третье, а на тридцатое представление. Он наверняка выполнил бы мою просьбу: в этот вечер доход составил 400 фунтов. Однако Гендель выделил мне всего 200 фунтов". (Насчет арии "Wise men flatt'ring" Морелл и ошибается, и нет: в 1758 году ее действительно пели в "Валтасаре", однако Морелл не знал, что арию эту, вернее модель ее мелодии, Гендель заимствовал из написанной им в 1709 году оперы "Агриппина" - из арии "Se vuoi pace".)

<...>
1 апреля 1747 года. Премьера "Иуды Маккавея" в театре "Covent Garden". Произведение имело колоссальный успех: только в этом сезоне оно было исполнено шесть раз; начиная с третьего представления - как писалось в газетных объявлениях, сообщающих о спектаклях, - с "добавлениями", то есть с новыми ариями. "Чтобы еврей ступил на сцену в качестве героя, а не осмеянной фигуры, - такого в Лондоне еще никогда не случалось" (Н. Флауэр). Не удивительно поэтому, что образованные лондонские евреи - бывшие и ранее восторженными поклонниками ораторий Генделя на ветхозаветные темы - буквально запрудили театральный зал. Наряду с этим интересующаяся музыкой лондонская публика - невзирая на общественное и имущественное положение - почти отождествила себя с победившим римлян иудейским народом (тем более, что, согласно и до сих пор живущему туманному мифу, английский народ идентичен потерявшемуся "тринадцатому" иудейскому племени), и то, что она могла получить из сюжета "Иуды Маккавея", укрепляло ее национально-националистическое самосознание. Память о калоденской битве еще жила в сердцах у всех.

Словом, общественное положение Генделя очень укрепилось. С тех пор как над ним простер свою милость принц Уэльский, постепенно прекратились и придворные интриги. Даже Опера лорда Мидльсекса стала более лояльной. Первые признаки этого проявились уже тогда, когда Опера разрешила своим итальянским певцам петь арии Генделя, правда, вначале только на концертах, даваемых с благотворительной целью. Поддерживающее оперу дворянство постепенно пришло к выводу, что позиция "или опера, или оратория" совершенна неверна; два жанра прекрасно могут ужиться друг с другом.
Tags: Гендель, Книжная полка, Опера, барокко
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 4 comments